Гаврилов Александр Анатольевич

Должность
ведущий научный сотрудник
Учёная степень
к.г.-м.н.
Образование
  • Геологический факультет Саратовского гос. университета (1974), Геологическая съемка и поиски месторождений полезных ископаемых.
  • Кандидат геолого-минералогических наук (1994). «Морфоструктурное изучение очаговых рудно-магматических систем (на примере Нижнего Приамурья)».
Научные интересы

Морфотектоника, морфоструктурный анализ окраинно-континентальных областей, теоретическая и структурная геоморфология, региональная геология, металлогения, учение о кольцевых структурах, линеаментная тектоника, проблемы горообразования в пределах суши , зоны перехода и океанического дна.

Важнейшие достижения

Общее количество публикаций - более 220, в том числе 2 персональных монографии (одна из которых в двух частях), несколько коллективных и около 40 журнальных статей.

1. Предложена концепция структурообразующих энергетических центров и зон, которая представляет собой попытку синтеза имеющихся воззрений об энергонесущих объектах центрального и линейного типов в геологической, географической и некоторых других средах с использованием формализованного, структурно-геометрического подхода. Она базируется на известных представлениях о существовании двух принципиально возможных – поливекторного (объемного) и моновекторного (канального) – способов передачи энергии в пространстве и постулирует универсальный характер энергонесущих систем центрального, линейно-узлового и линейного типов.

Показано, что общая направленность процессов формирования и эволюции природных и антропогенных образований определяется принципом минимизации затрат энергии, который реализуется при взаимозависимости геометрических, структурных и функциональных характеристик различных материальных тел и связанных с ними систем. Лежащая в основе явлений конвергенции инвариантность протекания диссипативных процессов по этому принципу приводит к возникновению рядов сходных по морфологии и инфраструктуре объектов, максимально адаптированных и устойчивых к условиям внешней среды.

2. В основе трендов развития, явлений самоорганизации и гармонии процессов рельефообразования лежат принцип минимизации затрат внутренней энергии геоморфологических объектов и принцип Кюри, который реализуется при адаптации их морфологии и симметрии к симметрии силового поля планеты. Именно таким образом обеспечиваются закономерности рельефообразования, связанные с селекцией морфологических характеристик, гомологией и конвергентным развитием форм рельефа с одной стороны, и максимальной устойчивостью, продолжительностью их существования и доминирующей ролью в формировании морфологического ландшафта – с другой.

В общем случае геоморфологическую конвергенцию можно рассматривать как следствие инвариантности, жесткой энергетической детерминированности процессов морфогенеза, обусловленных ограничениями, налагаемыми главными экзогенными (гравитация, климат) и эндогенными (тепломассоперенос, магматизм, тектогенез) энергетическими факторами. В рамках представлений об энергетической подоплеке основных закономерностей рельефообразования находит объяснение, по мнению автора, и инвариантность выделяемых морфологических элементов земной поверхности (Ласточкин, 1988).

Выделено несколько основных морфологических классов конвергентно развивающихся и гомологичных геоморфологических объектов. Одни связаны со стремлением частиц вещества литосферы занять гипсометрический уровень с минимальной энергией в пределах эквипотенциальных поверхностей (равнины, педименты, пенеплены, плато и др.) и типичны для областей аккумуляции. Другие представляют собой гравитационно устойчивые геологические тела и морфоструктуры, центры тяжести которых максимально приближены к их основаниям (конусовидные, пирамидальные, купольные формы), что характеризует морфологический ландшафт областей денудации. Третий широко распространенный класс конвергентных и универсальных форм рельефа – линейные объекты различного происхождения, с которыми сопряжены каналы переноса и разгрузки эндогенных и экзогенных потоков энергомассопереноса

3. Если для экзогенной сферы морфогенеза в соответствии с принципом П. Кюри характерна адаптивная по отношению к факторам географической оболочки природа конвергенции, то в основе эндогенного образования гомологичных и конвергентно развивающихся форм лежат закономерности, связанные с явлениями самоорганизации геологической среды. Реализация двух принципиально возможных – объемного (поливекторного) и канального (моновекторного) – способов передачи энергии в пространстве лежит в основе доминирования двух основных типов геологических и соответственно геоморфологических энергонесущих систем. Это – структуры и соотносимые с ними морфоструктуры с радиально-концентрической инфраструктурой и элементами симметрии центрального типа, связанные с энергогенерирующими центрами, а также линейные образования, обусловленные наличием зон разломов, сопряженных с энергетическими каналами в литосфере. Переходной является линейно-узловая форма организации подобных систем разного порядка, совмещающая черты двух основных типов и образующая ряды энергетических, магматических центров литосферы с характерными элементами трансляционной симметрии.

В основе существования двух главных морфологических типов орогенных систем (изометричные, линейные) также лежит реализация объемного и канального способов передачи энергии в геологической среде. К первому типу относятся кольцевые поднятия, центры горообразования разного ранга, которые связаны с очаговыми системами соответствующих параметров и глубин заложения (от вулканов и интрузивных массивов до плюмов). Формирование линейных горных сооружений носит более сложный характер и определяется степенью проницаемости земной коры. При наличии функционирующих каналов поступления магм, флюидов, газов, гидротерм (рифты, магмоконтролирующие разломы и др.), образуются ряды горообразующих очаговых морфоструктур. В условиях сжатия и кумуляции тектонических напряжений, при закрытии магмоконтролирующих разломов превалируют коллизионные дислокации, представляющие собой системы тектонических горстов, складок выжимания, взбросов, надвигов и др. Многие орогены развиваются полициклично в условиях чередования тектонических режимов сжатия – растяжения и сопутствующих проявлений магматизма.

4. Предложена схема формализованного описания внутреннего строения очаговых систем и выделены три универсальных типа их инфраструктур (ядерный, ядерно-сателлитный и орбитально-сателлитный). На этой основе сформулировано положение о морфологической, структурной и динамической гомологии эндогенных структур центрального типа (СЦТ). Из него следует, что модели локальных СЦТ и связанных с ними морфоструктур (МЦТ), разработанные на основе репрезентативных геоморфологических и геолого-геофизических данных, принципиально применимы для объяснения механизмов формирования и развития глубинных инъективных дислокаций регионального и планетарного уровней. Поэтому широко используемые в геологии построения проекций мантийных диапиров и плюмов в виде фигур, не имеющих симметрии центрального типа, являются неточными. Наличие гомологии между очаговыми образованиями, отличающими разными размерами и рангом, можно рассматривать как признак достоверности выделения мегаобъектов.

Одна из характерных черт многих очаговых систем – морфологическая и структурно-вещественная асимметрия, выраженная различиями геоморфологического и геологического строения диаметральных блоков и их дифференцированным развитием. Наличие диаметрального разлома и геолого-геоморфологической асимметрии МЦТ, выделяемых на начальных этапах изучения орогенных областей, служит косвенным признаком очаговой природы этих форм. Обосновано положение о металлогенической асимметрии и диссимметрии рудоносных очаговых структур, морфоструктур, описывающее и объясняющее различную продуктивность и специализацию их диаметральных блоков.

5. Ранее в качестве главных индикаторов историко-генетических особенностей развития и происхождения горных сооружений в геоморфологии и морфотектонике использовались уплощенные и плоские реперные поверхности, которые не всегда обоснованно оценивались как реликты регионального пенеплена. В своих построениях автор в качестве ключевых объектов геолого-геоморфологических исследований горных территорий рассматривает водораздельные узлы, определяя их как центры длительного и устойчивого роста положительных деформаций земной коры. В соответствии с целевой установкой предлагается использовать термин «водораздельный узел» не только как точку на топографической или геоморфологической картах, где сходятся (расходятся) две, три и более водораздельных линий (узел-вершина), но и как специфическую объемную форму рельефа с конформным геологическим содержанием (узел-морфоструктура). В его пределах расположены истоки и верхние участки долин водотоков, резкие перегибы которых позволяют наметить контуры поднятий.

В орогенных областях крупные водораздельные узлы-морфоструктуры (ВУМ) соотносятся с центрами горообразования. По мере «старения» рельефа, эрозионной сети и водосборных бассейнов или в ходе неотектонической активизации ВУМ остаются каркасными и наиболее консервативными элементами морфологического ландшафта, определяя главные особенности трансформации областей денудации на всех этапах геоморфологической эволюции. В частности, они сохраняют свое орографическое значение в условиях платформенного режима.

По мнению автора, геоморфологическое и глубинное строение ВУМ, морфология, генезис и параметры связанных с ними дислокаций, а также состав, возраст горных пород несут главную информацию о механизмах, факторах формирования и развития горообразующих поднятий и связанных с ними водосборных бассейнов. В более широком аспекте ВУМ, как орографические и энергетические центры, представляют собой ключевые элементы строения и факторы развития областей денудации Земли в целом. Для типизации, паспортизации и систематики ВУМ по ряду формализуемых и неформализуемых признаков целесообразно применять комплекс геоморфологических, геологических, космогеологических и геофизических данных. Полученные результаты позволяют перейти к оценке возможных механизмов формирования морфологического ландшафта орогенов и других областей денудации, проводить верификацию существующих тектонических моделей развития территорий, решать другие задачи.

6. Впервые выделены и кратко описаны Индо-Тихоокеанская и Индо-Атлантическая планетарные кольцевые орогенные системы, а также Чукотско-Антарктический транрегиональный линеамент. На основе мелкомасштабных батиметрических карт и космогеологических данных выявлены и частично охарактеризованы многочисленные МЦТ разного порядка на дне Тихого океана. Выделены и с разной степенью детальности рассмотрены Тибет-Гималайский, Монголо-Сибирский, Анабарский и Япономорский надплюмовые мегасводы. Сформулировано положение о наличии на востоке Евразии упорядоченной системы циркумтихоокеанских разломов, расположенных друг от друга с шагом около 250 км. Установлено наличие Большехинганского, Корейско-Охотского и Сихотэ-Алинской субпараллельных линейных систем магматических сводов. Впервые описана общая инфраструктура Восточно-Азиатского надплюмового мегасвода. Обосновано выделение и дана характеристика орогенных сводов и тектономагматических поднятий Японских островов. Впервые составлены схемы разнопорядковых очаговых морфоструктур региона.

7. На основе комплексного подхода к анализу и синтезу всей совокупности разнородных геоморфологических, геологических и других данных разработана оригинальная модель формирования и развития горных сооружений территории юга Дальнего Востока России. Структурный каркас орогенных поясов территории образуют линейные системы сводово-блоковых и тектономагматических поднятий, образование которых обусловлено периодической активизацией и общей эволюцией глубинных циркумтихоокеанских разломов, Восточно-Азиатского надплюмового мегасвода и его сателлитных магмогенерирующих центров при устойчивой миграции фронта кислого магматизма в позднем мезозое-раннем кайнозое с запада на восток, а базитового – в позднем кайнозое с востока на запад. Это отражает возвратно-поступательный характер процессов тектоморфогенеза в зоне перехода континент-океан и Тихоокеанского подвижного пояса. В качестве новых региональных морфоструктурных элементов орогенных областей юга Дальнего Востока и прилегающих территорий выделены Мевачанское, Усть-Амурское, Верхнеселемджинское, Эвурское, Тумнинское, Кавалеровское, Вяземское, Мамынское, Гонжинское. Малохинганское и другие сводовые и тектономагматические поднятия центрального типа.

8. Существование каркасных систем глубинных разломов и общее макроблоковое строение зоны перехода между Евразией и Тихим океаном обусловливает дизъюнктивный характер границ впадин окраинных морей, представляющих собой обособленные депрессионно-глыбовые морфоструктуры со специфическим режимом развития. Их формирование на Востоке Азии связано с комбинированным действием процессов сосдвигового раздвига, рифтинга, мантийного диапиризма и плюмовой тектоники при решающем значении процессов очаговой геодинамики, глубинных структурно-вещественных преобразований земной коры. Сохранность каркасной системы разломов при активном проявлении процессов глубинного инъективного тектогенеза предполагает, что мантийные диапиры и плюмы на позднекайнозойском этапе развития максимально полно и эффективно использовали исторически сложившуюся на протяжении фанерозоя сеть магмоконтролирующих каналов литосферы зоны перехода. Это определило доминирование вертикальных перемещений тектонических масс и относительно небольшие масштабы неотектонических горизонтальных подвижек. В общей совокупности факторов, определяющих конфигурацию и морфологию берегов Дальневосточных морей, разрывным нарушениям принадлежит ведущая роль, поэтому изучение их типов, характеристик и особенностей развития составляет необходимое условие морфотектонических и геоморфологических исследований побережий.

9. Разработана оригинальная модель формирования и развития Япономорской тектономагматической системы. Выявленная на основе космогеологических данных репрезентативная серия разломных, блоковых, инъективных дислокаций дна Япономорского моря и прилегающей суши, а также совокупность имеющихся геоморфологических, геологических и геофизических материалов позволили реконструировать одноименный мегасвод позднепалеозойского возраста. Кольцевая форма, длительность и масштабы проявления базитового, кислого магматизма и общая геологическая ситуация позволяют связывать основные особенности его строения и развития с деятельностью плюма. Геологическая предыстория, явления плюмовой тектоники и инверсии геодинамического режима предопределили направленность, характер деструктивных преобразований окраины континента в раннем мезозое и среднем, позднем кайнозое, цикличность и специфику развития рассматриваемого региона в целом.

10. Геодинамический режим литосферы определяет степень ее проницаемости и создает условия и предпосылки для реализации процессов очагового тектогенеза лишь на начальном этапе. В последующем, по мере своей эволюции, глубинные, коровые энерго-, магмогенерирующие центры и связанные с ними инъективные дислокации, очаговые системы приобретают все большее значение и влияние на геологическое и геоморфологическое развитие орогенных областей, становясь самостоятельными факторами структурирования и геодинамики окружающей среды. При формировании структурного плана территории юга ДВ мантийные диапиры и плюмы выступали как универсальные формы энергетического и вещественного взаимодействия поверхностных и глубинных сфер тектогенеза, определяя в зависимости от геодинамического режима то конструктивный, то деструктивный характер тектонических процессов. Сопряженность и дифференцированный характер развития деструктивных рифтогенных структур внутри-, межгорных, окраинно-континентальных впадин (с доминирующими режимами растяжения, погружения, базитовым профилем магматизма) и горных сооружений, отвечающих поясам гранитизации и метаморфизма, оцениваются как специфические черты инверсионно-пульсационной тектонической эволюции Востока Азии и других областей окраинно-материкового орогенеза. В пределах надплюмовых мегасводов могут сосуществовать условия сжатия (периферия) и растяжения (центральная часть), что приводит к дифференцированному проявлению тектонических движений и различного по составу магматизма, а также возникновению сопутствующих дислокаций и форм рельефа.

11. Сформулированы понятия «элемента организации геоморфологических систем» как мельчайшей частицы вещества, сохраняющей структуру и свойства минерала, а также «целей», «объектов» и «предметов» морфоструктурных и морфотектонических исследований для решения задач металлогении. Принятие такого универсального элемента расширяет возможности решения задач на стыке ряда наук о Земле, позволяя производить синтез разнообразной геоморфологической, геологической, геофизической и другой информации на единой методической основе. Это дает возможность максимально адекватно оценивать рельефообразующую роль структурно-вещественных преобразований литосферы при различных геологических процессах, включая такие ранее недооцененные явления, как мантийный диапиризм, некоторые типы метаморфизма, перемещения газо-флюидных потоков, фазовые переходы, дегидратация минералов, рудогенез и др.

12. На территориях со сложным геологическим строением рекомендуется проведение комплексных морфоструктурных и морфотектонических работ при неоднократном решении прямой и обратной задач: рельеф – геологическая среда, геологическая среда – рельеф. Это позволяет установить всю совокупность имеющихся детерминированных и хронологических связей между формами рельефа и структурными элементами литосферы. Помимо решения традиционных задач рудной геоморфологии (определение гипсометрической позиции, денудационного среза рудных тел и др.), предложен оригинальный комплекс морфоструктурных и морфотектонических исследований рудоносных территорий. Это − оценка роли ВУМ как энергетических и геодинамических центров разного порядка в строении и развитии рассматриваемых площадей; выявление пространственных систем очаговых морфоструктур и зон разломов, анализ их соотношений; типизация и паспортизация очаговых структур по ряду морфологических, структурных, генетических, вещественных и палеоэнергетических характеристик; выделение типов внутреннего строения очаговых рудно-магматических систем и определение их гомологии; сравнительное изучение морфоструктурных позиций рудных объектов и геохимических аномалий разного порядка, генезиса возраста; использование ранее разработанной автором схемы принципиальных соотношений морфоструктурных и металлогенических таксонов районирования для изометричных и линейных рудоносных площадей; выявление (реконструкции) основных элементов морфоструктурного плана эпох рудообразования и анализ его последующих трансформаций, включая неотектонический этап; оценка явления металлогенической асимметрии очаговых рудно-магматических систем; разработка геолого-геоморфологических и космогеологических поисковых признаков, критериев прогнозирования на основе комплексного использования разнородной информации.

Научные сообщества
Ассоциация геоморфологов России
Ключевые публикации

Монографии

  1. Гаврилов А.А. «Морфотектоника окраинно-континентальных орогенных областей (Юг Дальнего Востока и прилегающие территории). Владивосток: ТОИ ДВО РАН, 2017. 312 с.
  2. Современное состояние и тенденции изменения природной среды залива Петра Великого Японского моря (коллективная монография). М. ГЕОС. 2008. 457 с. (А. А. Гаврилов. Острова залива Петра Великого – важные структурные элементы Южно-Приморского участка зоны сочленения Евразийского континента и впадины Японского моря. С. 312- 339.
  3. Проблемы очагового тектогенеза (коллективная монография). Владивостока Дальнаука. 1993. 162 с. (Гл. 5. Полезные ископаемы в очаговых структурах. А.А. Гаврилов. Методология и задачи морфоструктурного изучения очаговых систем для целей металлогении. С. 114-124).
  4. Гаврилов А.А. Проблемы морфоструктурно-металлогенического анализа. Ч. II. Владивосток: Дальнаука, 1993. 141-326 с.
  5. Гаврилов А.А. Проблемы морфоструктурно-металлогенического анализа. Ч. I. Владивосток: Дальнаука, 1992. 138 с.
  6. Морфотектонические системы центрального типа Сибири и Дальнего Востока (коллективная монография). М.: Наука, 1988. 216 с. (Гл. 3. Морфоструктуры центрального типа как геолого-геоморфологические системы. Гаврилов А. А. О гомологии систем морфоструктур центрально типа. С. 75-77. Гл. 5. Рудоконтролирующее значение морфоструктур центрального типа. А. А. Гаврилов. Основные категории морфоструктурно-металлогенического районирования. С. 154-162).
  7. Морфоструктурные исследования – теория и практика (коллективная монография). М.: Наука, 1985. 212 с. (Гл. 11. Региональные морфоструктуры и их минерагения. А.А. Гаврилов. Нижнее и Среднее Приамурье. С. 158- 172).
  8. Морфоструктурное районирование и его значение для металлогенического прогноза в Восточно-Сихотэ-Алинском поясе (на примере Петрозуевского и Усть-Амурского районов). Космическая информация в геологии. М.: Наука, 1983. С. 368-371. (Соавтор С.М Тащи).
  9. Основные проблемы теоретической геоморфологии. Новосибирск: Наука, 1985. Гаврилов А.А. Геоморфологическая система с позиций принципа конформности. С. 70-72.

Статьи в рецензируемых журналах

  1. Гаврилов А.А. Структурно-геометрическая типизация и гомология геологических систем центрального типа // Изв. АН СССР, сер. геол. 1990, № 12. С. 89-96
  2. Гаврилов А.А. Минерагеническая асимметрия и диссимметрия эндогенных СЦТ. Ст. 1. Принцип Кюри и размещение руд металлов и алмазоносных кимберлитов в очаговых системах // Тихоокеанская геология, 1999а. Т. 18, № 1. С. 103-114.
  3. Гаврилов А.А. Минерагеническая асимметрия и диссимметрия эндогенных структур центрального типа. Ст. 2. Принцип Кюри и размещение россыпных месторождений и залежей углеводородов // Тихоокеанская геология, 199б. Т. 18, № 4. С. 61-69.
  4. Гаврилов А.А. Геоморфологические и морфотектонические исследования в ТОИ ДВО РАН //Вестник ДВО РАН, 2003, № 2 с.100-107.
  5. Гаврилов А.А. Геоморфология активных окраин // Геоморфология, 2004. № 2. С. 82-89. (Соавтор: Васильев Б. И.)
  6. Гаврилов А.А. Новые данные о структурном положении Кавалеровского и Дальнегорского рудных районов (Приморье) // Отечественная геология, 2007. № 6.. С. 27-32).
  7. Gavrilov A. A. Some paradoxes of plate tectonics palaeogeodynamic models and reconstructions (Russian Southeast) // New concepts in Global Tectonics Newsletter (Australia), 2008. N 49. P. 19-29.
  8. Гаврилов А.А. Некоторые парадоксы неомобилистских палеогеодинамических моделей и реконструкций (юг Дальнего Востока) Ж-л «Отечественная геология». № 4, 2009. С. 53-61.
  9. Гаврилов А.А. Некоторые вопросы методологии и методики морфоструктурно-металлогенических исследований (юг ДВ) // Геоморфология, 2009а № 1. С. 59-68.
  10. Гаврилов А.А. История и основные результаты геолого-геоморфологических исследований территории юга Дальнего Востока // Вестник ДВО РАН, 2009б. № 4. С. 164-178.
  11. Гаврилов А.А. Роль разрывных нарушений в формировании береговых линий Охотского и Японского морей. Ст. 1. Региональный аспект исследований // Геоморфология, 2009в, № 3. С. 38 – 49.
  12. Гаврилов А.А. Роль разрывных нарушений в формировании береговых линий Охотского и Японского морей. Ст. 2. Локальные аспекты исследований (зал. Петра Великого) //Геоморфология, 2009г. № 4. С. 64-73.
  13. Yano Takao, Dong.R. Choi, Alexander A. Gavrilov, Miyagi Seiko and Boris I. Vasiliev. Ancient and continental rocks in Atlantic // New Concepts in Global Tectonics. Newsletter, 2009. №. 53. P.4 -35.
  14. Гаврилов А.А. Проблема возраста рельефа: локальные (острова Южного Приморья) и региональные (юг Дальнего Востока) аспекты. Ст. 1. Теоретические вопросы // Геоморфология, 2011а. № 2 С. 24-34.
  15. Гаврилов А.А. Проблема возраста рельефа: локальные (острова Южного Приморья) и региональные (юг Дальнего Востока) аспекты. Ст. 2. Вопросы практики // Геоморфология, 2011б. № 4. С. 72-80.
  16. Гаврилов А.А. Геологическое строение, развитие и рудная минерализация ряда островов залива Петра Великого (Южное Приморье). (Соавтор: В.И Гвоздев) // Отечественная геология, 2011. № . № 3, С. 61-70.
  17. Yano, T., Vasiliev B. I., Choi D. R., Miyagi S., Gavrilov A. A. and Adachi,H. Continental rocks in the Indian Ocean // New concepts in Global Tectonics Newsletter, 2011. № 58. P. 9 -28.
  18. Гаврилов А.А. Кольцевые структуры Японских островов // Вулканология и сейсмология, 2012. № 1. С. 1-18
  19. Гаврилов А.А. Актуальные вопросы теории и практики морфоструктурно-минерагенических исследований// «Руды и металлы». 2014, № 1, с. 9-22.
  20. Гаврилов А.А. Происхождение горных сооружений юга Дальнего Востока России. Ст. 1. Орогенные пояса // Геоморфология, 2014. № 3. С. 3-17.
  21. Гаврилов А.А. Происхождение горных сооружений юга Дальнего Востока России. Ст. 2. Горные хребты // Геоморфология, 2014. № 4. С. 17-30.
  22. Гаврилов А.А. Разрывные нарушения Южного Приморья как зоны геодинамического риска (по данным геолого-геоморфологического изучения побережий зал. Петра Великого) //Вестник ДВО РАН, 2014. № 4. С. 75-86.
  23. Гаврилов А.А. Некоторые вопросы геоморфологической терминологии// Геоморфология, 2015. № 3. С. 14-24.
  24. Гаврилов А.А. О гомологии и конвергенции геологических и географических систем // Вестник КРАУНЦ. Науки о Земле, 2015. №1. Вып. 25. С 231-244.
  25. Gavrilov A.A. The Darvin Rise and geomorphologic-geological indication of focal systems on the Pacific ocean floor.// New Concepts in Global Tectonics. Newsletter, 2015. Vol. 3, № 2. P. 196-207.
  26. Гаврилов А.А. О природе явлений геоморфологической конвергенции и гомологии // Вестник МГУ. Сер. 5. География. 2016. № 4. С. 3-12.
  27. Гаврилов А.А. Водораздельные узлы – ключевые элементы строения и факторы развития горных областей // Вестник КРАУНЦ, 2017. № 1. Вып. 33. С. 67-82.
  28. Гаврилов А.А. О мультидисциплинарном подходе к выявлению и идентификации разрывных нарушений (континентальное побережье и острова зал. Петра Великого // Вестник ДВО РАН, 2018, № 1.С. 110-120
  29. Съедин В.Т., Терехов Е.П., Гаврилов А.А., Валитов М. Г., Харченко Т.А. Возрастные комплексы пород островов центральной части залива Петра Великого (Японское море) // Вестник ДВО РАН, 2018, № 1. С. 128 -141
  30. Gavrilov A.A. Ring structures of the Pacific Ocean bottom and some problems with their investigations // NCGT Journal. 2018. V.6. № 2. P. 172-202
  31. Гаврилов А.А. Структурные элементы впадины Японского моря и прилегающей островной и континентальной суши по данным космогеологических исследований // Исследование Земли из космоса. 2020. № 4. С. 27–40.
  32. Gavrilov A.A. Structural elements of the Sea of Japan Basin and adjacent continental and island dryland according to Space Geological data investigations // Izvestiya, Atmospheric and Oceanic Physics/Issledovanie Zemli iz kosmosa/Известия РАН. Физика атмосферы и океана. 2020. V. 56. № 12. P. 1569-1580
  33. Гаврилов А.А. Некоторые особенности соотношений орографических элементов и гидросети // Вестник Московского университета. Серия 5. География 2020. № 6. С. 99-109.

Статьи в региональных сборниках и тезисы докладов

  1. Гаврилов А.А. Морфоструктуры Нижнего Приамурья и их металлогения. Сб. «Морфоструктура и палеогеография Дальнего Востока. Владивосток», 1979. С. 51-66.
  2. Гаврилов А.А. Морфоструктурные позиции оруденения малоглубинной формации и критерии прогнозирования (на примере Нижнего Приамурья). Сб. «Морфотектоника Дальнего востока. Владивосток, 1981. С. 89-101.
  3. Гаврилов А.А. Морфоструктуры центрального типа Нижнего Приамурья и их глубинное строение. Сб. «Глубинное строение морфоструктур центрального типа. Владивосток»: ДВНЦ АН СССР, 1982. С. 83-100.
  4. Гаврилов А.А. О циркумтихоокеанской системе разломов Восточной Азии. Сб. «Морфоструктуры центрального типа Сибири и Дальнего Востока». Владивосток, 1988. С. 3-19.
  5. Гаврилов А.А. Гигантские кольцевые орогенные пояса Земли / Междунар. симпоз. «Закономерности строения и эволюции геосфер II.Хабаровск, 1994. С. 18-19 The large-scale ring structures of Earth (on data of tectonic geomorphology). Fourth international conference in Geomorpholigy. Astracts, Bologna, 1997. Vol.1. Italiа. Р. 175.
  6. Gavrilov A.A. The classification of endogenic central type structures of the Earth. Proceeding of international symposium on new concepts in global Tectonics. Tsukuba, 1998. P. 120-126.
  7. Гаврилов А.А. Классификация структур центрального типа Земли. Статья 1. Планетарная модель, СЦТ конструктивной направленности тектогенеза. Электронный журнал «Исследовано в России» 180, 2002 г. C.1990-2010 http://zhurnal.ape.relarn.ru/aricles/2002/180.pdf
  8. Гаврилов А.А. Классификация структур центрального типа Земли. Статья 2. СЦТ деструктивной направленности тектогенеза. Электронный журнал «Исследовано в России» 181, 2002 г. C. 2011-2021. http://zhurnal.ape.relarn.ru/aricles/2002/181.pdf
  9. Гаврилов А.А. Использование концепции энергетических системообразующих центров и зон при разработке стратегии освоения территорий. Мат-лы международной научной конференции» Регионы нового освоения: состояние, потенциал, перспективы в начале третьего тысячелетия». Т-1. Владивосток-Хабаровск, 2002. C. 69-72.
  10. Гаврилов А.А. Морфоструктурно-металлогеническое районирование Востока Азии. Геодинамика, магматизм и минерагения континентальных окраин Пацифики. Мат-лы Всерос. Совещания. Т- 3. Магадан, 2003. C. 35-39.
  11. Гаврилов А.А. Чукотско-Антарктический линеамент. Cб. «Вопросы геоморфологии и тектоники Западной Пацифики». Дальнаука. Владивосток 2003. С. 21-36.
  12. Gavrilov A.A. Ring morphostructures of the Pacific Ocean / Regularities of the Structure and Evolution of Geospheres –VII. Proceedings of VII International Interdiscip. Symposium and Intern.Geoscience Programme (IGCP-476). Vladivostok, 2005. С. 73-75.
  13. Гаврилов А.А. Кольцевые подвижные пояса Земли / Геодинамика формирования подвижных поясов Земли. Мат-лы международной научной конференции. Екатеринбург, 2007. С. 49-52.
  14. Гаврилов А.А. Геоморфологическая индикация плюмов и других очаговых систем на дне Тихого океана// Геология морей и океанов: Международная научной конференция (Школа) по морской геологии. – Москва, 2013 (18-22 ноября). М.: ГЕОС. Т. V. С. 51-55.
  15. Гаврилов А.А. Применение материалов дистанционного зондирования из космоса для индикации морфоструктурных элементов побережий и дна прилегающих акваторий (Япономорский регион). Мат-лы докл. 11 Всероссийского симпозиума «Физика геосфер» 9-14 сентября 2019. С. 240-244.
Перспективы
  • Кольцевые морфоструктуры дна Тихого океана
  • Металлогения Востока Азии по данным морфоструктурных и морфотектонических исследований
Научные проекты
Программа «Дальний Восток»
Конференции
  • Международные симпозиумы и совещания:
    • «Внутриконтинентальные горные области: геологические и геофизические аспекты» (Иркутск, 1987); 
    • «Геология, геофизика, геохимия и металлогения зоны перехода от Азиатского континента к Тихому океану» (Находка, 1987);
    • «Геология и экология бассейна р. Амур» (Благовещенск, 1989);
    • «Закономерности строения и эволюции геосфер – II - VII» (Хабаровск, 1994, 1998; Владивосток, 1996, 2000, 2005, 2008);
    • «Геодинамика формирования подвижных поясов Земли» (Екатеринбург, 2007);
    • «Ring structures and their geological implication»(Japan, Tokyo, 2008);
    • XLVI Тектоническое совещание с международным участием. Москва, 2014;
  • всероссийские совещания – более 30 презентаций.
Дополнительно
  • Научно-популярная статья «Некоторые футурологические построения на тему инженерной экологии или Приморская утопия» // Зов тайги, 2003, № 1, с. 58-69.